«Хотя целью всего того, что делал Ш́рӣла Сарасватӣ Т̣хāкур, была проповедь чистого кӣртана святых имён, в основном он был известен своими лекциями, а не пением. Он утверждал, что кӣртан является его единственной деятельностью,  тем не менее, очевидно, что его кӣртаном была преимущественно Хари-катха̄.(1)
Он часто объяснял знаменитые слова Ш́рӣ Чайтаньи Махāпрабху кӣртанӣйах̣ садā харих̣, под которыми, как правило, понималось непрерывное воспевание святых имён, а также предписание о безостановочном прославлении Господа посредством Хари-катхи. Хари-катха̄ была жизнью Ш́рӣлы Сарасватӣ Т̣хāкура, исходящей из его лотосных уст настолько естественно, словно она была самим его дыханием:

«С самого детства у меня была возможность слушать и обсуждать эти темы. Я говорю на эти темы уже в течение пятидесяти лет весьма подробно двадцать четыре часа в сутки, когда я бодрствую и даже когда сплю. В конечном итоге в непрерывном обсуждении этих тем моё тело придёт в негодность и упадёт замертво.(2)
До самого последнего дня своей жизни я буду прославлять всё то, что я узнал от моих гуру.(3)
Почему у меня только один рот? Я хочу, чтобы у меня было бесчисленное количество ртов и бесконечная жизнь, чтобы я мог бесконечно прославлять бесконечные качества преданных Кр̣ш̣н̣ы».

Культура кӣртана, широко распространённая в Бенгалии, возникла в результате проповеди Господом Чайтаньей принципа харер нāмаива кевалам, неправильное понимание которого привело к недооценке важности ш́раван̣а (слушания Хари-катхи).(4) Но Ш́рӣла Бхактисиддхāнта Сарасватӣ показал, что Хари-катха̄ является сварӯпа-ш́āкти харинāмы: подобно тому, как Кр̣ш̣н̣е поклоняются вместе с Его сварӯпа-ш́āкти Ш́рӣ Рāдхой, воспевание харинāмы является неполноценным и не совершается должным образом до тех пор, пока оно не сопровождается слушанием Хари-катхи. Он говорил, что то место, где ведётся Хари-катха̄, является тӣртхой,(5) и что Хари-катха̄ является защитником подлинных садху в мире, где всё, что окружает человека, готово превратиться во врага и наброситься на беззащитного.(6) Кроме того, он подчёркивал, что вкус к Хари-катхе и вера в неё являются корнем Хари-севы, и цитировал: хари-катха̄ хи кевалам̇ парамам̇ ш́рейах̣ – «Хари-катха̄ сама по себе является в высшей степени благотворной деятельностью».(7) А также: 
«Не существует иного способа обрести благо, помимо непрестанного и внимательного слушания о Хари из уст возвышенного преданного, который очень дорог Кр̣ш̣н̣е. Нет иного средства обрести служение Абсолюту, кроме целенаправленной слуховой деятельности, улавливающей трансцендентный звук».(8)

Он цитировал:

тад-динам̇ дурдинам̇ манйе мегха̄ччханам̇ на дурдинам
йад-динам̇ кр̣ш̣н̣а-сам̇ла̄па- катха̄-пӣйӯш̣а-варджитам

«Не плох тот день, когда небо затянуто облаками. Плох тот день, когда он прошёл без обсуждения нектара Кр̣ш̣н̣а-катхи».(9)

Ш́рӣла Сарасватӣ Т̣хāкур был полноводной рекой сладостной Кр̣ш̣н̣а-катхи. Его слова, всецело проникнутые трансцендентной энергией и неотличные от неё, входили в самые глубины сердец слушателей и соединяли их с духовной реальностью. Лишь однажды услышав его, некоторые люди тут же предались и стали его учениками. Он черпал силу из своей собственной веры в Хари-катху и приверженности делу по её распространению:

«Если мы не будем проливать по двести галлонов крови, проповедуя Хари-катху всем и каждому, люди не впечатлятся. И хотя мы делаем это, многие из слушателей остаются безучастными. Тем не менее мы готовы рассказывать Хари-катху. Существует большая брешь в плане Хари-катхи, большая брешь. Я бывал в семи местах, которые даруют освобождение.(10) Посетив множество мест по всей Индии, я приехал сюда. Я не встретил ни одного человека, который смог бы пролить воду Кр̣ш̣н̣а-катхи на пустыню моего сердца. Изучая Ведāнту в течение миллиардов жизней, невозможно обрести освобождение. Левитация на высоте десяти или двадцати футов посредством продолжительного зажатия ноздрей не приносит никакого блага, однако если человек слушает “Бха̄гаватам” от личности, являющейся бхāгаватой, то все джӣвы во Вселенной обретут благо. (11)
Я твёрдо верю в то, что, если я буду постоянно рассказывать Хари-катху многим людям, одна или две удачливые души обратят на неё своё внимание».(12)

Журнал «The Harmonist» так проанализировал природу его выступлений:

«Āчāрйа Гауд̣ӣя Мат̣ха всегда говорит лишь истину и ничего кроме истины. Именно поэтому его речь является всецело приемлемой в борьбе против дорогих сердцу его публике убеждений. Его речь заставляет человека глубоко задуматься. Она всегда посвящена сути дела: не тому, что ожидает услышать публика, а тому, что ей необходимо услышать, чтобы предотвратить всевозможные недопонимания».(13)

Ш́рӣла Сарасватӣ Т̣хāкур открыл свои искренние желания относительно Хари-катхи:

«Если Брахмā со своими четырьмя ртами и Анантадева со своими тысячью языками не в состоянии перестать говорить о вайш̣н̣авизме, как мало могу сказать о нём я, незначительное живое существо? Однако до конца своих дней я буду продолжать слушать Хари-катху от тех, кто действительно служит Хари и говорит о вайш̣н̣авской дхарме.(14)
Живя на этой планете, человек должен говорить о Кр̣ш̣н̣е другим и прославлять Его двадцать четыре часа в сутки. Махāпрабху учил, что человек должен воспевать в любых обстоятельствах, даже когда он спит или ест. Четырнадцать или пятнадцать лет назад я удивлялся тому, как возможно воспевать постоянно, поскольку я общался с материалистичными людьми. Однако сейчас Кр̣ш̣н̣а послал мне множество друзей, которые отказались от всех своих разнообразных обязательств и пришли, чтобы слушать и говорить о Кр̣ш̣н̣е. Мой высокопочитаемый гурудева неоднократно говорил, что место, где не ведётся Кр̣ш̣н̣а-катха̄, является миром мāйи и запрещал мне ходить туда. Тогда я подумал, что куда бы я ни пошёл, я буду говорить о Кр̣ш̣н̣е, и где бы ни возникла возможность говорить, я отправлюсь туда. Моё дело состоит в том, чтобы подобно вестнику ходить от двери к двери, повторяя наставления моего гурудевы всему человечеству. Было бы неплохо, если бы все вы смогли распространить это послание по всему миру. Было бы хорошо, если благодаря вам все живые существа смогли бы узнать о Кр̣ш̣н̣е. Всегда рассказывайте Кр̣ш̣н̣а-катху. Моё вечное желание состоит в том, чтобы вы многочисленными способами постоянно проповедовали Кр̣ш̣н̣а-катху. Так все мои желания исполнятся.(15)
В этом иллюзорном существовании, особенно в нынешнюю эпоху вражды и конфликтов, разговоров на темы, не связанные с Кр̣ш̣н̣ой, куда больше, нежели Хари-катхи. Поэтому долг преданных состоит в том, чтобы до последнего вздоха проповедовать о безграничном Верховном Господе».(16)

Ради претворения этого идеала в жизнь, Ш́рӣла Сарасватӣ Т̣хāкур зачастую часами оживлённо говорил, была ли то официальная либо же неофициальная обстановка, на больших встречах, либо же обращаясь всего к одному либо двум слушателям. Газета «Гармонист» сообщала: «Его Божественная Милость доступен в любое время для людей любого социального статуса. На протяжении своего пребывания в Аллахабаде он практически всегда был занят разговорами с гостями».(17) Помимо регулярных лекций в разных отделениях диаспоры Гауд̣ӣя Мат̣ха, он также иногда читал лекции в других храмах, в образовательных учреждениях и общественных залах, а также часто в частных домах, особенно в домах видных и хорошо образованных людей. Иногда он блуждал от одной темы к другой, другой раз он очень подробно объяснял определённые моменты.
В те дни, когда люди, как правило, жили относительно спокойной жизнью без многочисленных развлечений, которые рассеивают внимание человека, продолжительные религиозные проповеди были желанной частью жизни.
Многие благочестивые люди признавали важность слушания святых личностей и были готовы сидеть и слушать столько времени, сколько садху будет говорить.
Однако даже по меркам того времени лекции Ш́рӣлы Сарасватӣ Т̣хāкура обычно были долгими, по меньшей мере, два часа, но зачастую и четыре, и пять часов, и даже дольше. Например, в течение десяти дней в Даулатпуре он читал лекции, начиная с раннего утра и заканчивая началом второй половины дня, а затем снова с вечера и до поздней ночи. Газета «Бомбей Кроникл» от 15 мая 1933 года писала: «Его Божественная Милость читает лекции с 16:00 до 20:00 каждый день». Он мечтал о бесконечной Хари-катхе: «Когда городские ратуши превратятся в Гауд̣ӣя Мат̣хи и Хари-катха̄ будет слышна повсюду, тогда весь мир испытает восторг». (18) 
Хари-катху Ш́рӣлы Сарасватӣ Т̣хāкура не могли ограничить ни время, ни обстоятельства. Однажды, прибыв в Гаухати из Калькутты, после напряжённого путешествия на поезде он без перерыва несколько часов говорил в доме одного адвоката. Когда хозяин дома предложил ему отдохнуть, Ш́рӣла Сарасватӣ Т̣хāкур сказал, что Хари-катха̄-кӣртан сами по себе и есть отдых, поскольку они прогоняют прочь всю усталость и тревоги, и что, если мы даже на секунду отвлекаем своё внимание на что-либо другое, это свидетельствует о нашей зависти к Кр̣ш̣н̣е. Иногда, находясь в Ш́рӣ Гауд̣ӣя Мат̣хе, он сидел на веранде наверху возле своей комнаты поздним вечером, повторяя святое имя или же давая наставления ученикам, когда, услышав, что кто-то идет, спрашивал: «Кто там?» В соответствии с полученным ответом он начинал проповедовать. Если человек отвечал: «Это я», Ш́рӣла Сарасватӣ Т̣хāкур мог спросить: «Но кто “я”, тело или душа?», и последующее за этим обсуждение могло продолжаться до глубокой ночи.
В отличие от большинства популярных религиозных ораторов, Ш́рӣла Бхактисиддхāнта Сарасватӣ говорил преимущественно о таттве. Он редко говорил о лӣле. Если же он и говорил о лӣле, то делал это сквозь призму таттва-гьяны. Однако подобный исключительно философский подход не был обычным проявлением интеллектуализма – он способствовал постижению высшего объекта постижения, Личности Бога, и давал понимание необходимости предаться Ему благодаря осознанию того факта, что Он занимает верховное положение, а джӣва находится в полной Его власти. Как он говорил: «Религия без философии – это просто сантименты, а иногда и фанатизм, в то время как философия без религии остаётся на уровне умозрительных рассуждений». (19)
Когда он всё-таки рассказывал лӣла-катху, это не было какой-то квазидуховной забавой. Он также не говорил о сокровенных играх, которые были недоступны пониманию его слушателей. (20)
В разное время он так высказывался о своей манере говорить: «Никто не может войти в сферу бхакти до тех пор, пока не поймёт бесполезность всех точек зрения и теорий этого мира»;(21) «Люди совершают типичные ошибки. Я стараюсь изо всех сил объяснить, в чём их порок. Поэтому мои лекции такие долгие»;(22) «Нам необходимо рассказать людям обо всём и сразу, однако если мы будем так делать, слушатели не смогут понять всего. Поэтому мы должны говорить по частям, чтобы нас смогли понять»;(23) «Если люди просто согласятся постоянно слушать Хари-катху из уст чистых преданных, всевозможные беспокойства во Вселенной тут же уйдут прочь».
Он призывал своих слушателей: «Ваш слух – это то единственное, что мне нужно от вас», а также подчёркивал, что необходимо слушать в смиренном умонастроении:

«Когда человек рассказывает бхāгавата-катху, кто-нибудь может перебить его или воспрепятствовать ему, либо же выступить с возражениями против его выводов, стараясь показать себя умнее его. Но мы должны знать, что не существует иных средств для обретения вечного блага, кроме слушания о славе Господа и Его прославления. Нāнйа-пантхā видйате ‘йанāйа: “Нет иного пути к освобождению”». (24)

Он отстаивал чрезвычайную необходимость слушания Хари-катхи:

«Мы настаиваем: “Всегда слушайте Хари-катху”. Если кто-то скажет: “Мой сын при смерти”, мы ответим: “Даже если это правда, вы должны продолжать слушать Хари-катху”. Следует освободить человека от глупости. Он должен отвернуть своё сердце от материальных объектов и обратить его к Кр̣ш̣н̣е».(25)

Он настойчиво утверждал, что, если человек хочет ощутить подлинный эффект от слушания Хари-катхи, он не должен рассеивать своё внимание на что-либо другое:

«Человек не способен слушать Хари-катху, если он ходит в театр или кино, слушает мирскую музыку, профессиональных рассказчиков священных писаний и так называемых пан̣д̣итов, или общается с мужчинами, привязанными к женщинам, либо же с теми, чьё мировоззрение противоречит ш́уддха-бхакти».(26)

Кундан Лал, выходец из уважаемой семьи Агры, членами которой были традиционные последователи Чайтаньи Махāпрабху, женился на англичанке, и в течение двадцати лет до принятия харинāмы от Ш́рӣлы Бхактисиддхāнты Сарасватӣ являлся помощником редактора газеты «Манчестер Гардиан». Зная, что Кундан Лал по роду своего занятия был хорошо знаком с военной тактикой, однажды Ш́рӣла Бхактисиддхāнта Сарасватӣ, читая лекцию, на которой тот присутствовал, привёл военное сравнение: «Подобно тому, как армия высаживается на местности и начинается сражение с целью захватить территорию, мы должны позволить Кр̣ш̣н̣е высадиться в наших сердцах. Войдя туда, Он бросит вызов всем материалистическим соображениям: “Вся эта земля принадлежит мне. Все вы чужеземцы”. Враг, несомненно, отступит, и Кр̣ш̣н̣а полностью захватит сердце. Поэтому, так или иначе, слушайте от подлинного садху, и позвольте хотя бы крупице бхакти из его сердца войти в ваши уши и сердце. Тогда Кр̣ш̣н̣а постепенно сразит все заблуждения и покорит ваше сердце:

ш́р̣н̣ватāм̇ сва-катха̄х̣ кр̣ш̣н̣ах̣ пун̣йа-ш́раван̣а-кӣртанах̣
хр̣дй антах̣-стхо хй абхадрāн̣и видхуноти сухр̣т сата̄м

наш̣т̣а-прāйеш̣в абхадреш̣у нитйам̇ бхāгавата-севайā
бхāгаватй уттама-ш́локе бхактир бхавати наиш̣т̣хикӣ

«Ш́рӣ Кр̣ш̣н̣а, Личность Бога – Парамāтмā в сердце каждого и благодетель честного преданного – очищает сердце преданного от стремления к материальным наслаждениям, когда в том развивается потребность слушать Его послания, которые добродетельны сами по себе, если их правильно слушают и повторяют.

Благодаря регулярному слушанию о Кр̣ш̣н̣е и служению чистому преданному всё, что вызывает тревогу в сердце, почти полностью уничтожается, и тогда любовное служение Верховному Господу, воспеваемому в трансцендентных песнях, становится необратимым».
(ШБ 1.2.17-18)

Незадолго до своего ухода, когда Ш́рӣла Сарасватӣ Т̣хāкур сидел в своей машине, собираясь уезжать из Пурӣ в последний раз, его ученик Ш́рӣ Йадуман̣и Паттнаик обратился к нему с мольбой: «И вот сейчас Вы оставляете нас. Что я должен делать?» Ш́рӣла Сарасватӣ Т̣хāкур сказал: «Каждый день слушай в Мат̣хе “Бха̄гаватам”».
Ш́рӣла Сарасватӣ Т̣хāкур регулярно читал лекции в Гауд̣ӣя Мат̣хах для своих учеников. Его лекции были глубокими и, несмотря на замысловатую философскую составляющую, всегда свежими и дающими силы. Когда он говорил, он постоянно представлял предметы с таких ракурсов понимания, о которых никто прежде не слышал и не говорил. Зачастую его высказывания были настолько неожиданными и, казалось бы, возмутительными, что переворачивали с ног на голову представления его слушателей и призывали их полностью пересмотреть своё восприятие реальности:

«Люди поклоняются Рāдхе, потому что Она связана с Кр̣ш̣н̣ой. Однако мы поклоняемся Кр̣ш̣н̣е только потому, что Он связан с Рāдхой». (27)

«Курукш̣етра – лучшее место для бхаджана. Только мошенники, лицемеры предпочитают Вр̣ндāван».(28)

«Хиран̣йакаш́ипу прославил Нр̣сим̇ха-деву гораздо лучше Прахлāды».(29)

«Было бы лучше разрушить храм и напечатать книги».(30)

«Я пришёл не как подрядчик, а как глашатай вāн̣ӣ Ш́рӣ Чайтанья-девы».(31)

«Когда преданный-неофит звонит в храмовый колокол, это куда благотворнее, нежели открывать бесчисленные больницы».(32)

Хотя такие утверждения казались шокирующими, люди, которые регулярно слушали Ш́рӣлу Сарасватӣ Т̣хāкура, могли понять, что его бхакти-сиддхāнта была и впрямь истиной, и что привычное мышление, против которого он сражался, на самом деле являлось ошибочным и потому неблагоприятным, сбивающим с толку и опасным.
Читая лекцию в Мат̣хе, Ш́рӣла Бхактисиддхāнта Сарасватӣ обычно сидел, скрестив ноги, на незамысловатом невысоком деревянном стуле, поскольку не было специального сидения на возвышении, предназначенного исключительно для āчāрйи, как это было в некоторых традиционных мат̣хах. Ведя беседы в своей комнате, он сидел обычным образом на простом деревянном стуле или в кресле, тогда как ученики сидели на полу, скрестив ноги.
Согласно традиции, перед Хари-катхой Ш́рӣла Сарасватӣ Т̣хāкур произносил ман̇галāчаран̣у. Часто в конце своей лекции он произносил стих, прославляющий Верховного Господа и Его преданных, либо же молящий об их милости, либо же стих, который обобщал или подводил итог теме, на которую он говорил.(33) Многие из его лекций, которые он читал в Мат̣хе, в частности менее официальные, не имели какой-либо конкретной темы. Даже свои ежедневно назначенные лекции по большей части он читал не в соответствии с последовательностью стихов. Он просто изливал всевозможные трансцендентные мысли, которые в то время занимали его боговдохновенное сознание. Нередко перед началом официальной лекции ученик должен был спеть особый кӣртан, а порой он просил двух-трёх учеников последовательно спеть определённые кӣртаны. Иногда его Хари-катха̄ состояла из объяснения смысла всей песни, только что пропетой, или её части.
Путешествуя из одного места в другое вместе со своими саннйаси и старшими учениками, Ш́рӣла Сарасватӣ Т̣хāкур везде читал научные лекции для общественности на различные теологические темы, озаглавленные «Ш́рӣ-бхāш̣ья и Анубхāш̣ья», «Ачинтйа-бхедāбхеда-таттва и Виш́иш̣тāдвайта», «Ш́рӣдхара Свāмӣ и Мāйāвāда» и другие. Помимо традиционных тем, он также говорил на злободневные темы, такие как теория профессора Эйнштейна, медицинские опыты с железами обезьян, а также об усилиях, предпринимаемых папой римским, по установлению мира в Европе. Зачастую, чтобы проиллюстрировать определённые моменты, он рассказывал истории, которые в основном произошли с ним лично, либо же истории из жизней предыдущих āчāрйев, таких как Ш́рӣла Гаура Киш́ора дāс Бāбāджӣ, Ш́рӣла Бхактивинода Т̣хāкур и Ш́рӣла Джаганнāтха дāс Бāбāджӣ, истории из биографий других āчāрйев, а также личностей, о которых рассказывается в Пурāн̣ах. Также он приводил краткие поучительные аналогии. Например, он сравнивал людей, молящих Господа о каких-либо материальных благах, с человеком, пришедшим к царю, который сказал ему: «Проси у меня всего, чего пожелаешь», но в ответ человек попросил лишь немного пепла.
В отличие от профессиональных чтецов «Бха̄гаватам», которые ожидали за свои труды финансового вознаграждения, Ш́рӣла Бхактисиддхāнта Сарасватӣ намеренно не принимал деньги после Хари-катхи, однако просил жертвователей отдать их Мат̣ху.
Когда во время лекции судебный служащий прервал его своим вопросом, Ш́рӣла Сарасватӣ Т̣хāкур сказал ему: «Пожалуйста, не перебивайте меня. Я буду отвечать на вопросы после лекции». Завершив лекцию, он попросил его задать свой вопрос, однако служащий забыл его. Ш́рӣла Сарасватӣ Т̣хāкур сказал: «Не следует задавать вопросы просто из любопытства. Они должны быть содержательными. Если бы вопрос был важным, Вы бы не забыли его». Он привёл пример Санāтаны Госвāмӣ, который расспрашивал Господа Чайтанью о духовных темах:

‘сāдхйа’-‘сāдхана’-таттва пучхите нā джāни
кр̣пā кари’ саба таттва каха та’ āпани

«Я даже не знаю, как задавать вопросы о цели жизни и о пути, ведущем к этой цели. Будь милостив, объясни мне всё это». (Чч 2.20.103)

Однажды перед лекцией в Саччидāнанда Мат̣хе Ш́рӣла Бхактисиддхāнта Сарасватӣ спросил преданных, почему они разложили большой ковёр, на котором должны были сидеть посетители, лишь наполовину. Когда они сказали, что придёт всего несколько гостей, он ответил: «Брахмā-āди дева-ган̣е. У вас нет глаз, чтобы увидеть тех, кто приходит послушать “Бха̄гаватам”. Бесчисленные боги и богини приходят, чтобы посетить āрати Гаурāн̇ги и послушать Хари-катху. Мы должны предоставить им место, поэтому разверните ковёр полностью».
Когда из своей комнаты в Саччидāнанда Мат̣хе наверху Ш́рӣла Сарасватӣ Т̣хāкур услышал, как Ш́рӣмад Бодхайāна Махāрāджа обучает брахмачāрӣ технике публичного выступления, он раздражённо приказал прекратить это, сказав:
«Человек способен рассказывать Хари-катху не благодаря обучению. Лишь тот, кто занимается служением, имеет благословение говорить – севонмукхе хи джихвāдау. Вдохновение говорить придёт автоматически».(34) В другом случае он также сказал нечто подобное:

«От своего гуру я научился тому, что мирское красноречие, поэзия, литературоведческие исследования, интеллектуальные способности, образование и логика не только бесполезны в прославлении Господа, но и являются большим препятствием на этом пути. Лишь удачливый человек, вырвавший с корнем веру в мирские способности и усилия, по милости Хари-гуру-Вайш̣н̣авов становится уполномоченным сварӯпа-ш́āкти Господа и потому способен распространять Гаура-вāн̣ӣ. Не обладая таким преимуществом и полномочием, ораторское мастерство лишь сотрясает воздух неблагоприятными темами, связанными с мирскими чувственными наслаждениями, усиливая материальные желания и эгоизм».(35)

Он описал умонастроение, в котором должен находиться оратор:

«“Я буду говорить, а другие будут слушать меня” или же “Я – оратор, а все остальные – слушатели” – если человек рассуждает так, то это лишь говорит о его неискренности. Я прихожу сюда без заранее подготовленной речи. Когда я вижу вас, я говорю лишь то, что Кр̣ш̣н̣а диктует мне в моём уме. Когда же я обрету удачу стать слугой слуги Вайш̣н̣авов? Человек должен служить признанным чистым преданным из числа близких спутников Господа.(36) Моё служение им заключается в этом ничтожном усилии, благодаря которому люди в будущем пойдут по верному пути. Я говорю всё это ради тех, кто в будущем станет вайш̣н̣авами и примет дӣкш̣у».(37)

В 1933 году Ш́рӣла Бхактисиддхāнта Сарасватӣ, давая лекцию на церемонии своей Вйāса-пӯджи, продемонстрировал своё смирение, посчитав себя лишь инструментом по распространению Хари-катхи:  «Это не моя катха̄. Мой гурудева вовлёк меня в распространение по всему миру всей катхи, которую он принёс с Вайкун̣т̣хи. Однако я во всех отношениях неквалифицирован заниматься этим. Я не знаю языки, и единственная моя компетентность – это полная некомпетентность во всём. Только Бхагавāн может покровительствовать такому бездарному человеку, как я».(38)

Несмотря на трансцендентное великолепие своих лекций, он считал, что ещё более эффективным будет давать людям наставления лично, полагая, что общая лекция не может разрешить проблем всех слушателей и не всегда оказывает должный эффект на каждого из них. Он приводил пример, что разные болезни требуют индивидуального подхода к лечению, и ссылался на эффективность частного подхода преподавателей к обучению во время лекций в колледже, заключив, что, если человек получит личное наставление, он обретёт большее непреходящее благо.
В пожилом возрасте временами память Ш́рӣлы Бхактисиддхāнты Сарасватӣ, казалось, была менее острой, и поэтому несколько высококвалифицированных учеников, особенно Ананта Вāсудева Прабху, Ш́рӣмад Б.Р. Ш́рӣдхара Махāрāджа или Сундарāнанда Прабху, если требовалось, приводили соответствующие стихи из ш́āстр в поддержку того, о чём он говорил».

1 См. гопӣдхана-катха̄ра кӣртан («Шри Бхактисиддханта Вайбхава», Том 1, стр. 595)
2 «Ш́рӣла Прабхупāдера Хари Катха̄мр̣та» 2.79.
3 «Ш́рӣла Прабхупāдера Голока-ва̄н̣и» 2.176.
4 Харер на̄маива кевалам – «Святое имя – единственный путь».
5 Письмо (от 24 сентября 1930 года), «Патрāвалӣ» 2.82.
6 «Гауд̣ӣя» 17.331.
7 «Амрта вани» 236; «Ш́рӣ Ш́рӣла Прабхупāдера Упадеш́а̄мр̣та» 207. Процитированная строчка на санскрите – это её адаптированная версия из «Бхакти-сандарбхи» 171.5, взята из комментария Джӣвы Госва̄мӣ к ШБ 11.20.27-28.

8 «Учение Ш́рӣ Чайтаньи» 371
9 «Нāрада-пан̃чарāтра» 2.2.25; цитируется в «Амрта вани» 194-95; «Ш́рӣ Ш́рӣла Прабхупāдера Упадеш́а̄мр̣та» 155.
10 Айодхйа, Матхурā, Мāйāпур (в данном контексте обычно подразумевается Харидвāр), Кāш́ӣ, Кāн̃чӣ
(Кондживарам), Авантӣ (Удджайн) и Двāракā.
11 «Гауд̣ӣя» 20.319.
12 Письмо (от 25 мая 1933 года), «Сарасватӣ-джайаш́рӣ» 207.

13 «The Harmonist» 33.94 (от 24 декабря 1936 года)
14 «The Harmonist» 26.277-78 (май, 1929 год)
15 «Гауд̣ӣя» 20.540.
16 «Ш́рӣла Прабхупāдера Голока-ва̄н̣и» 3.106.

17 «The Harmonist» 28.127 (Сентябрь, 1930 год)
18 «Ш́рӣмад-Бха̄гават Та̄тпарйа» 25.

19 Это утверждение повторяет и кратко выражает мысль классической философской традиции Европы, восходящей к Сократу, которая наиболее ясно сформулирована в трудах святого Амвросия и святого Августина, а позднее в работах святого Фомы Аквинского. Эта мысль также излагается в
предшествующих им индийских теологических трактатах.
20 Эта тема более подробно рассматривается в главе «Рāгāнугā-бхакти» («Шри Бхактисиддханта Вайбхава», Том 2, стр. 164-79).
21 «Ш́рӣла Прабхупāдера Голока-ва̄н̣и» 1.48.
22 «Гауд̣ӣя» 11.346.
23 «Гауд̣ӣя» 15.334
24 «Ш́рӣла Прабхупāдера Голока-ва̄н̣и» 1.48. Нāнйа-пантхā видйате ‘йанāйа – «Шветашватара Упаниш̣ад» 6.15
25 «Гауд̣ӣя» 20.28-29.360

26 «Ш́рӣла Прабхупāдера Голока-ва̄н̣и» 1.163.

27 См. «Шри Бхактисиддханта Вайбхава», Том 1, стр. 598.
28 См. «Шри Бхактисиддханта Вайбхава», Том 1, стр. 496.
29 См. «Шри Бхактисиддханта Вайбхава», Том 3, стр. 37.
30 См. «Шри Бхактисиддханта Вайбхава», Том 1, стр. 225.
31 См. «Шри Бхактисиддханта Вайбхава», Том 1, стр. 442.
32 См. «Шри Бхактисиддханта Вайбхава», Том 1, стр. 559.
33 Два наиболее часто цитируемых им стиха см. в «Шри Бхактисиддханта Вайбхаве», Том 1, стр 391-392.

34 Севонмукхе хи джихвāдау – из ш́локи, утверждающей, что Кр̣ш̣н̣а наделяет знанием о Себе того, кто страстно желает служить Ему. 
35 Б.В. Бхāратӣ, «Ш́рӣ Гаура-харира Атйадбхута-чаматкāрӣ Бхаума-лӣлāмр̣та», 1.3-4
36 Относительно «близких спутников Господа» см. Ч.-ч. Ади 7.18-19, комментарий.
37 «Ш́рӣла Прабхупāдера Голока-ва̄н̣и» 2.175

38 «Ш́рӣла Прабхупāдера Голока-ва̄н̣и» 2.278.

(«Шри Бхактисиддханта Вайбхава», Том I, Часть 2, Глава 12 «Служение ш́āстре», «Хари-катха»)